Король в моем плену  - Стелла Вайнштейн

— Граф Вейнер? — с сомнением спросила она у смахивающего пылинки с обшлага графа и тут же подала знак страже убрать оружие.

Вейнер дотронулся пальцами до прорехи в камзоле, послал убийственный взгляд в сторону побледневшего служаки и тут же обаятельно улыбнулся герцогине. Склонился в глубоком поклоне и галантно поцеловал пухлую, перевитую венками кисть герцогини, задержавшись лишь на мгновение дольше положенного. Она не смогла сдержать восторженного вздоха.

— Рада видеть вас среди живых, — чуть дрожащим голосом заметила она. — В прошлом году прошла весьма достойная панихида в вашу память. Прошу заметить, с запусканием салюта, привезенного из провинции Джи-Шоу.

— Почтен оказанной честью, — произнес граф. Ирония в его голосе была почти незаметна. Почти.

— Жаль, что ваши земли постигла столь печальная судьба, граф. Мое искреннее сочувствие. Предлагаю любую поддержку в составлении прошения о компенсации. Вижу, путешествие во дворец прошло довольно жестко… — Герцогиня неодобрительно поджала губы. — Впрочем, его величество постигла та же участь. Увы, бешеная ведьма известна крутым нравом, но приструнить ее не является возможным.

О да! Что поделать, признаю прискорбную привычку: неугодных я буквально выбрасывала прочь с моих владений, чтобы другим неповадно было. Поэтому и самой пришлось отправляться в Бретель кувырком.

— Довольствуюсь тем, что попал во дворец живым и повторной панихиды не потребуется.

— А вы шутник, граф. — Герцогиня игриво махнула сложенным веером в сторону Вейнера. Жест несомненно означал что-то на секретном дворцовом языке, судя по победно блеснувшим глазам графа.

За спиной герцогини появился молодой запыхавшийся паренек в пышной шапочке дворцового пажа.

— П-простите, пожалуйста, его сиятельство требуют к его величеству.

— Не смею задерживать, — сухо произнесла герцогиня.

Граф отправился за посланником, и взгляды присутствующих переместились на его безмолвных сопровождающих. Я рассматривала замысловатый рисунок на ковре, Мик неуклюже переступал с ноги на ногу, Сиенна осознанно старалась не смотреть в мою сторону, скромно скрестив руки под передником, как подобает служанке.

— Подойди сюда, милочка, — потребовала герцогиня, видимо движимая любопытством по поводу моего статуса. Граф предусмотрительно «забыл» меня представить, тем самым изначально продемонстрировав пренебрежение к любовнице.

Несмело, крохотными шажками я приблизилась к грузной женщине, сияющей драгоценностями, как новогодняя елка.

— Как тебя зовут? — спросила она довольно бесцеремонно, начиная осознавать по неуклюжей походке, что благородным происхождением тут и не пахнет.

— М-меня Либби кличут, ваш-сиятельство, — проблеяла я высоким голоском, и герцогиня в страхе отшатнулась, осознав, что говорит с простой деревенщиной, облаченной в дорогое платье. Иными словами, со шлюхой обыкновенной. Даже находиться в одной комнате с подобной было позорно, а потому герцогиня мигом ретировалась, пробормотав под нос об отвратительных манерах мужчин, таскающих за собой всякую шваль.

Из гостиной нашу компанию перевели в одно из подсобных помещений, где мы томились минут двадцать. Затем усталая девушка с нездоровым цветом лица вызвалась проводить нас в выделенные для графа покои.

— Тебе там делать нечего, — бесцеремонно обратилась она к Мику. — Марш на конюшню, место пажей на сеновале.

Мик расцвел, поднял шляпу в шутливом поклоне в мою сторону и убежал. Я с досадой поджала губы, но служанка не обратила внимания на дурачества мальчишки, пристально осматривая нас: Сиенну с одобрением, меня — с неприкрытой завистью.

Я послала голос вдогонку рыжему: «Будь осторожен и обязательно разыщи нас вечером».

Тот кивнул, не оборачиваясь, хоть в этом соблюдая конспирацию. Все-таки брать Мика с собой было опасно, он слишком молод, чтобы хранить секреты…

Болезненная служанка привела нас в просторные покои, явно необжитые, с пыльным ковром на деревянном полу, креслами, укрытыми полотном, и широкой кроватью с голым матрасом.

— Убираться тут твоя обязанность, не забудь забрать новое белье из прачечной, кувшин для омовения наполняется в ванной, — нудно перечисляла она, обращаясь к Сиенне. — Выделить горничную не могу, у нас и так все сбились с ног в преддверии бала. Кстати, следи, чтобы шлюшка не попадалась на глаза благородным, ее сиятельство была в негодовании, все уши нам прожужжала держать ее подальше.

— Сама разберусь, как тут все устроено, — сварливым голосом ответила Сиенна. — Чай привычная графа обслуживать. А она, — экономка указала в мою сторону, — пусть сама разбирается, я за нее отвечать не собираюсь.

Поняв, что между нами раздор и у Сиенны можно поживиться сплетнями, горничная оживилась, и ее глаза зажглись. Придвинувшись к экономке, она зашептала, поглядывая на меня. Сиенна что-то пробурчала в ответ, обе захихикали. Я отвернулась, скрывая довольную улыбку. Так быстро завести связи с дворцовой прислугой мы и не надеялись. Выбранный образ оказался крайне удачным.

Мои плечи подрагивали от смеха, но горничной показалось, что я плачу от обиды.

— Нечего в постель к благородным лезть! — заявила она, прежде чем покинуть комнату.

Сиенна незаметно подмигнула мне и поспешила заняться уборкой спальни. Нужно было вытереть пыль, застелить постель. Вещей, правда, у графа не было совсем. Видимо, потерю одежды требовалось занести в обращенную к королю жалобу вместе с прочим списком предметов, похищенных злобной ведьмой.

Я отправилась осматривать смежные помещения. Гардеробная оказалась довольно темной и тесной. Ванная выглядела недавно отремонтированной по последним разработкам, с краном, из которого текла проточная вода — правда, холодная, в ванну все равно приходилось таскать кипяток для купания, но все же прогресс, начавшийся с приходом к власти Рейсвальда, чувствовался и здесь.

Даже комната для прислуги выглядела довольно прилично. Крошечная, там помещались только две кровати, зато спать не на полу и отдельно от дворцовых слуг.

Отыскав метлу, я принялась помогать Сиенне убирать покои.

— Госпожа, как же можно, — шепотом укорила она, но я заверила, что за нами могут наблюдать круглосуточно и стоит соблюдать обговоренные заранее правила поведения.

Граф вернулся спустя пару часов, в новой одежде, донельзя довольный.

— Меня пригласили на бал в честь возвращения короля, а тебя, моя голубка, — сказал он, целуя мою замызганную работой ладошку, — я возьму на празднование в тесном кругу после окончания бала. Там и публика веселее, и вино льется рекой. Самое место похвастаться красоткой, привезенной из владений ведьмы.

— М-мне… — Нужно успокоиться, губы все же дрожали от смеха. — Велели на люди не показываться, вашблагородие.

— Для тебя я Дилан, голубка. Ну-ка повтори скорее, хочу услышать свое имя из прекраснейших губ на свете.